Я выхожу из дома впервые за сколько-то дней. Или недель.
Сегодня, кажется, выходной — людей на улице слишком много. Везде голоса и звуки жизни. Опять на выходных будет дождь ой какая хорошенькая можно погладить мам мам мы уже скоро почти пришли.
Я захожу в супермаркет и орущие друг на друга машины затыкаются. Подхожу к полке с молочкой, меня толкает в плечо тучный мужик. Красная рожа, заплывшие глаза, волосы сальные — я чувствую запах затхлого масла. Поворачиваюсь к молочке — рука тянется к кефиру — корзину не взяла, блядь.
Засовываю кефир подмышку и иду дальше: мясо, курица, овощи, фрукты, зелень, сладости. Что я из этого ем? В последнее время еда на столе появлялась сама, и сама исчезала. Гранат. Беру два. Иду дальше. В ногу врезается что-то мохнатое и временно живое — маленькая псина. Хочу пнуть. Мерзко. Перешагиваю через нее и иду на кассу.
Дома тихо, темно и спокойно. Я оставляю гранат на столе, ложусь в кровать в уличной одежде, закрываю глаза.
— Ту-ру-ту-ру-ру-ру.
Музыка из стиралки.
Я вскакиваю с кровати. Сжимаю телефон в ладони и иду в сторону ванной. В каждой комнате по пути включаю свет. В ванной он горит всегда — папина привычка. Заглядываю — никого. Нажимаю на кнопку выключения и выдыхаю. Электрощиток в порядке. Обхожу квартиру, везде выключаю свет, кроме ванной, и снова ложусь.
“Бля, прикинь, щас машинка сама включилась. Я так обосралась”.
Отправить.
Новое сообщение.
“а ты точно не включала?”
“нет я почти спала уже”
Отправить.
Новое сообщение.
“наверное напряжение играет”
“ладно я спать споки”
Отправить.
Кладу телефон и закрываю глаза.
— Ту-ру-ту-ру-ру-ру.
Я вскакиваю и бегу в ванную, чтобы успеть. Машинка включена, но никого нет. Я злобно тычу OFF на сетевом фильтре и иду обратно. В этот раз не закрываю глаза — смотрю на коридор, подсвеченный из ванной.
— Ту-ру-ту-ру-ру-ру.
Звоню сестре по видео и вместе с ней иду в ванную. Машинка снова включена, снова вокруг никого.
— А ты квартиру проверила?
— Да! Два раза уже! Двери закрыты.
— Ну выключи вообще из розетки может свет включали отключали.
— Я же видела что свет горел!
— Ну из розетки выключи тогда точно больше не включится.
Я выдираю вилку из сети и иду в кровать. Прощаюсь с сестрой и закрываю глаза.
Сегодня, кажется, выходной и я впервые вышла из дома за сколько-то дней. Или недель. Числа превратились в буквы, а август теперь — единственный месяц в году. Я вспоминаю, как папа возится в электрощитке, пока я свечу ему фонариком. Он ворчит, что я свечу не туда, а я огрызаюсь, что пусть сам тогда себе светит. Завтра надо будет поесть гранат. Папа всегда очищал мне зернышки в миску, даже когда мне было двадцать восемь, и я ела их ложкой. Надеюсь, что этот будет, как я люблю — кисло-сладкий. В уголках глаз становится мокро и по вискам течет.
Если бы папа был дома, он бы сказал, в чем дело. Когда напряжение скачет, разве фильтр может включиться сам? Он был электромонтером и все, что связано с электричеством, решал только он. Я знаю, где находится электрощиток, потому что он показывал мне, как все вырубить в случае чего. Я даже не знаю, как снимать показания со счетчиков. Как мы будем без него платить за свет?
Мысли плавятся и я засыпаю.
Под музыку из включенной стиралки.