Мой дед повесился в голубятне. Мой папа живой, но для меня он как будто мертв. Я знаю, что он есть где-то. Он где-то ковыряется в телефоне, где-то ходит в магазин, выбирает макароны, плачет по ночам, ебет соседку Ларису и подругу семьи Наташу. Он пьет неделями, выпадает из жизни, спит, уткнувшись в спинку дивана, закрыв глаза и исчезнув, если не навсегда, то на миг. Для меня он в каком-то смысле умер, когда вот так в первый раз уткнулся и пропал. Человек не может просто так пропадать, это неправильно.
Когда-нибудь мы все умрем и увидимся на том свете, и я спрошу у деда почему он повесился. Повеситься в голубятне - так странно. Выбор нетривиальный. Он объявил своим, что повесится, и его никто не остановил.
А еще повесился мой дядя - тоже от алкоголя.
Люди вешаются и исчезают.
Люди пьют и исчезают.
Люди исчезают, когда утыкаются в экран телефона.
Люди исчезают, когда уезжают далеко и надолго.
Однажды я тоже пропал. Я пошел работать. Меня не было пять лет.
Папа, мне очень хочется извиниться, но я не совсем понимаю за что.
Прости, что не оправдал доверия. Прости, что не стал звездой футбола и не купил тебе джип.
Папа, я не знаю перед кем я сейчас извиняюсь.
Мой папа, как сериал на Нетфликс, где каждая серия подкидывает все больше вопросов.
Мой папа - ходячий клиффхэнгер.
Мой папа - ходячий, и это уже хорошо.
Я искренне желаю ему здоровья и счастья, но разве можно ебать соседку?
Папа кидал деньги с балкона. Мы его запирали, чтобы он не пил. Он кидал пятитысячные купюры и кричал - просил купить ему алкоголь. Были люди, которые покупали. Тоже долбаебы, конечно. Люди вообще долбаебы. Я работаю уже пять лет в сфере обслуживания, и я понял, что люди долбаебы. Я не верю в людей и у меня нет надежды. Я понимаю почему мужики вешаются и исчезают, понимаю, почему они пьют и пропадают, да потому что надежды нет. Какой мужик без надежды?
Я заталкивал отца в машину наркологической клиники. Он кричал на весь двор. Я не знаю, как общаться с человеком, которого нет треть жизни.
Когда-нибудь мы увидимся с дедушкой, и я спрошу, чтобы он хотел сделать по-другому, как можно было его остановить. Не верю, что вариантов не было, не хочу в это верить.
Мой папа испытал облегчение, когда из жизни ушла его мать, которая сильно болела. Что испытаю я, когда его не станет? Я исчезну.
Исчезнет “сынок”, исчезнет “сын”. Исчезну я.
Недавно папа попросил вернуть ему деньги, которые он давал мне на переезд в Москву.
Я не смогу отдать их ему, потому что с ними я отдам ему его, и тогда он исчезнет.
Это будет даже хуже, чем смерть.
Возможно, мой дед повесился в голубятне, потому что хотел стать голубем. Возможно, мой дед сейчас где-то клюет зерно.
Что же тебе пришлось пережить, мужик, если ты полез в петлю?
Что же пришлось пережить твоей семье, если тебя никто не остановил?
Семья ли это?
Мой папа всегда был для меня самой главной загадкой в жизни. Пьющий папа. Я не могу смотреть на него, убрав алкоголь.
Папа, зачем ты начал пить? Ведь тоже не от хорошей жизни.
У папы была мама - кондуктор, и папа, который повесился. Мой папа говорил, что его мама была “кондуктором на самокате”.
А потом появился отчим, который толкнул его однажды в печку, и папа ударился головой. С того момента у папы появился нервный тик. Представляете, ваше тело вам каждый день напоминает об одном из самых ужасных моментов вашей жизни.
У меня еще есть папа. А у папы уже нет папы, и по сути, никогда не было.
Мой папа не лезет в петлю. Мой папа не в петле. Мой папа жив. Но у него нет отца. И нет меня.