1.
Четвертого января, в 9 утра, Саша вышел на улицу. За его спиной только что закрылись три двери: на улицу, к лифтам, и главная, наверху, в съемную квартиру, в которой осталась его жена. Десять минут назад она сказала, что хочет развестись.
На улице лежал снег, готовый вот-вот растаять. Пушистые сугробы, нетронутые уставшими от праздников людьми, уходили вглубь двора, обхватывали детскую площадку.
Саша смотрел на деревянную горку с домиком и думал, каково было бы сейчас подняться по маленькой лесенке, чувствуя ладонями холод поручня. Затем нагнуться, пройти в избушку и толкать себя руками вниз, вниз по горке.
Саша говорил жене «я тебя люблю», а она произнесла «я от тебя ухожу».
Он проснулся первым, сделал кофе, бутерброды, поставил все на поднос и принес в спальню. Жена повернулась, посмотрела на поднос, на мужа и сказала: «Саша, бутерброды не спасут наши отношения».
Во дворе подул холодный ветер. Уставший, колющий, слезливый. «Жаль, у меня нет любовницы», подумал Саша, попытался спрятаться в воротник пальто и пошел на остановку.
2.
Неделю назад, поздно ночью, в снегопад, они ехали домой и жена выдала Саше: «Мне не нравятся твои друзья». И, помолчав, добавила: «Особенно этот твой любимый Коля».
Саша посмотрел на дорогу, на то, как тяжелые снежинки влетают в лобовое стекло и представил, что все они самоубийцы, что все они на огромной скорости мчатся к своей смерти.
— Что не так с моими друзьями? — спросил Саша.
— Все, — ответила ему жена.
— Так не бывает, — возразил Саша
— Они снобы. Высокого мнения о себе. И ты такой же среди них.
— Я среди них такой, какой я есть.
— Тем хуже для тебя.
— Это просто грубость, — ответил, помолчав, Саша.
— Они плохо ко мне относятся. Потому что я не ходила в крутую школу. Потому что я не закончила крутой университет. Потому что я не работаю на крутой работе.
— Они не относятся к тебе плохо, перестань.
— Ты этого не знаешь.
— Знаю.
— Ты проводил опрос?
— Они хорошие люди.
— Что это вообще значит? «Хорошие люди». Еще одно оправдание для психов.
— Это просто глупость.
— Я сейчас тебе врежу.
— А это еще одна грубость.
— С тобой по-другому нельзя. Иначе не услышишь.
— Я всегда тебя услышу. Так почему мои друзья плохо к тебе относятся? Откуда ты это взяла?
— Объясняют мне вечно что-то. Улыбочки эти: «ох, Машенька, вы такая дурочка и не читали Хайдеггера?! Давайте я вам все сейчас объясню».
— Мои друзья с тобой на вы?
— Я сейчас взорвусь.
— И никто тебя дурочкой не называет.
— В лицо.
— И не считает.
— А ты?
— А что я?
— Ты считаешь меня дурочкой?
— Маша, я на тебе женился.
— Одно другому не мешает.
— Я не считаю тебя дурочкой.
— Наоборот, может.
— Наоборот может что?
— Наоборот — лучше на дурочке жениться. Сразу ты и твои друзья такими умными себя считают. И за Хайдеггера можно базар ответить.
— Именно ответить.
— Небось своих студенток насиловал.
— О боже, прекрати.
Снегопад вдруг остановился и сквозь молчание ночи прорезался город, тихий, темный, грузный.
«Поскорей бы домой», — подумал Саша, — «Поскорей бы лечь спать».
3.
— Я тебя не хочу, — отчеканила Маша. — Больше не хочу.
4.
Коля налил стакан водки и сказал: «Пей». Саша посмотрел на водку, на волосатые руки Коли, на его помятое лицо. «Пей», — повторил Коля и сел напротив.
— В стакане грязь, — пробурчал Саша.
— Не выебывайся, Сашок, — отозвался Коля.
— Я не понимаю, почему она от меня ушла.
— Я уж тем более. Пей водку.
— Я ее люблю.
— Жопу в тепле ты любишь.
Саша посмотрел на стакан и его начало тошнить.
— … Она точно ушла. Я почувствовал это.
— Почувствовал он. Жизнь наладится. Найдешь себе нормальную женщину.
5.
К вечеру Маша перестала плакать. Говоря сама с собой, собрала вещи — «так, щетка, куртку надо взять, а щетки я нам обоим, а куртку с ним, надо маме написать, и все теплое, кружевные, сказок не бывает, свет мой зеркальце, что-то там доложи, почему я мужа разлюбила, счастье, счастье, а он просто раз, в дверь, ничего не чувствует, первый раз в жизни бутерброды притащил».
Маша остановилась в ванной и посмотрела на свое отражение.
«Я пробовала. Он меня не видит. Он меня не слышит. Он меня не знает», — сказала она уставшему лицу в зеркале. — «Так будет лучше».
«Ужин готов. Будем плакать. Я тебя жду», — написала мама.
На улице падал снег. Из-за дальнего угла площадки вырулило такси.
«Скоро буду дома», — подумала Маша и шагнула навстречу приближающейся машине.